Особенности доказывания в уголовном судопроизводстве

 

Особенности доказывания в

уголовном судопроизводстве

С принятием и вступлением в действие нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации профессиональные юристы, практикующие по уголовным делам, столкнулись с принципиальными нововведениями в основное доказательственного права - понятие доказательства. Почему это важно?! Потому, что в доказательственной основе процессуальных решений по уголовным делам лежит нормативное регулирование дефиниций доказательства и доказывание.

Действующий с 2002 года новый УПК РФ по-иному определяет юридическую природу доказательств по сравнению с предыдущим УПК РСФСР. Вроде бы, не столь принципиальные изменения в законодательной концепции доказательств при производстве по уголовному делу, но, они оказались способны внести заметные акценты в сам процесс доказывания, обеспечивая его законность и обоснованность.

Понятие доказательства определено в части 1 статьи 74 УПК РФ, как ЛЮБЫЕ сведения, на основе которых субъекты уголовно-процессуального доказывания (суд, прокурор, следователь, дознаватель) в строго процессуальном порядке устанавливают наличие или отсутствие всех необходимых обстоятельств, имеющих юридическое значение для разрешения уголовного дела по существу.

Именно, по существу! Поскольку эта обязанность суда, рассматривающего материалы уголовного дела, не может быть обеспечена, если предварительное расследование не предоставит суду необходимую совокупность доказательств.

И не просто доказательств по их формальному признанию таковыми субъектами доказывания в досудебном производстве, а только и исключительно только тех из них, которые отвечают обязательным (нормативным) признакам доказательств, воспринятых таковыми в судебном разбирательстве.

Отметим, что в отличие от предыдущего УПК РСФСР, новый УПК РФ называет меньшее число таковых признаков (требований) доказательств в уголовном деле. Например, в части 1, статьи 69 УПК РСФСР в качестве доказательств признавались любые ФАКТИЧЕСКИЕ данные, на основании которых в предусмотренном в УПК процессуальном порядке устанавливались обстоятельства, имеющие значение для правильного окончательного разрешения данного конкретного уголовного дела.

Не вызывает никаких сомнений значимость употребления законодателем ограничительного термина – ФАКТИЧЕСКИЕ, а не абсолютно любые, в том числе, выдуманные данные, сведения, в том числе, даже не обладающие обязательным свойством ФАКТИЧНОСТИ. Что подразумевал законодатель, исключая признак «ФАКТИЧЕСКИЕ» сведения, трудно объяснить. Но, теперь, в части 1, статьи 74 действующего УПК РФ, закон устанавливает первоочередным свойством доказательства – ЛЮБЫЕ СВЕДЕНИЯ и на основе этого признания субъекты уголовно-процессуального доказывания осуществляют правомочие правовой оценки доказательств в их совокупности. Любые сведения, это – любая, даже совершенно непонятная информация.

На практике правоприменительные органы не обращают внимания на отступление законодателя от научно-обоснованного подхода к определению того, какая же информация по уголовному делу должна изначально восприниматься как подлежащая правовой оценке в качестве доказательственной. Поэтому, если гражданин предоставит в орган расследования непонятную информацию, назвав её доказательством совершения преступления, то, гражданин получит решение об отказе в возбуждении уголовного дела именно на том основании, что информация в заявлении гражданина не содержит ФАКТОВ совершенного преступления.

Неограниченность таковой информации вряд ли способствует конкретизации предмета проверки на этапе принятия сообщения о совершенном или совершаемом преступлении. Что подтверждается практикой рассмотрения обращений граждан.

По нашему мнению, именно свойство ФАКТИЧНОСТИ информации следует рассматривать, как отправную точку начала действия уголовно-процессуальной функции, возложенной на органы расследования, по принятию для проверки сообщений о преступной деятельности известных или неизвестных лиц. И то, что законодатель установил в части 1, статьи 88 нового УПК РФ необходимость правовой оценки каждого доказательства по наличию в нём признака достоверности содержащейся в нём информации, не находится в надлежащей органической связи с тем положением части 1, статьи 74 УПК РФ, которое определило доказательства, как абсолютно (?!) любые сведения, по крайней мере, изначально, если требуется подтверждение хотя бы их достоверности (по сути, - ФАКТИЧНОСТИ, как соответствие действительности и, с точки зрения философии познания, вразумительности криминального бытия).

Созданную тавтологию законодатель попытался преодолеть через положения статьи 75 УПК РФ, в частности, относя к недопустимым доказательствам показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадках, слухах, домыслах, предположениях и т.п. Но, зачем признавать недопустимыми доказательствами то, что изначально не обладало свойством ФАКТИЧНОСТИ информации, исходящей, к тому же, из непонятных источников. В научной литературе предпринимаются попытки как-то объяснить «странные» действия законодателя через неразрывность связи формы доказательств с их содержанием, но, это напоминает логические уловки, которыми осуществляется подмена тезисов - определений формы и содержания. Хотя очевидно, что дефектность содержания не только не зависит от его формы (т.е., каким образом это содержание представлено!), но, понятие формы имеет совершенно иной смысл, а именно, ЛЮБЫЕ сведения должны быть надлежащим образом оформлены, вне зависимости от того, достоверные они или недостоверные. И первые, и вторые не могут являться доказательством по уголовному делу, поскольку неправильно были оформлены (зафиксированы). Например, реальные телефонные переговоры между гражданами не могут быть признаны доказательствами, поскольку для их «прослушивания и записи» не было получено специальное разрешение судьи (как процессуальная форма получения такой информации). И не имеет значения, совершены эти телефонные переговоры в действительности или придуманы (пересказаны) оперативными сотрудниками.

В статье 88 УПК РФ названы свойства доказательств: их относимость; их допустимость; их достоверность; их достаточность в совокупности.

Но, в уголовно-процессуальном законе не определено, как понимать эти важнейшие свойства доказательств по уголовному делу. Мы поговорим об этом в следующей нашей публикации…

…  …  …

Материал для первой публикации предоставил методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра ЮРИСТАТ (YURISTAT) – Козлов Александр Михайлович.

Однако, по мнению Александра Козлова, материал слишком объёмный, поэтому охватить всю проблематику спорных ситуаций, возникших, возникающих или могущих возникнуть, в связи с этим по уголовным делам, в одной публикации невозможно и вряд ли целесообразно. Ведь каждое уголовное дело, каждая спорная ситуация требуют внимательного изучения и только после уяснения всех фактических и юридических обстоятельств произошедшего события в прошлом, можно обсуждать и предлагать те или иные конкретные действия по защите реально нарушенных законных прав граждан, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

…  …  …