Изменения в применении статьи 125 УПК РФ

 Изменения в разъяснениях ВС РФ

о рассмотрении жалоб по правилам

125 УПК

 

К сведению заинтересованных граждан.

Верховный суд РФ внес изменения в процедуру рассмотрения жалоб в ходе досудебного производства. Значительная часть таких жалоб подаётся на незаконные действия следователей и оперативных сотрудников. Реже – на незаконные действия (бездействие) и решения прокуроров.

Высшая судебная инстанция уточнила требование к проверке не только законности, но, и обоснованности обжалуемых правоприменительных актов.

При рассмотрении жалобы на следователя, суд не должен ограничиваться проверкой соблюдения следователем формальных нормативных установлений. Судья обязан проверить фактическую обоснованность обжалуемых процессуальных решений (действий, бездействия).

В принципе, нет ничего нового. Такая обязанность возлагается на суд положениями ч.4, ст.7 УПК РФ.

Также уточнено содержание предмета обжалования.

Добавлено специальное указание о возможности обжаловать непредоставление для ознакомления материалов доследственной проверки, по результатам которой принято решение, например, об отказе в возбуждении уголовного дела.

Уточнено, что представлять интересы заявителя могут только адвокаты. Хотя, уже более 10 лет назад Конституционный Суд РФ разъяснил, что представителем заявителя по жалобе в порядке ст.125 УПК РФ в суде могут участвовать только адвокаты.

Можно констатировать, что со времени принятия УПК РФ (2002 год) Верховный Суд РФ ничего нового в содержание ст.125 УПК РФ не привнес.

Поэтому, перспективы обжалования действий должностных лиц органов расследования и прокуратуры остаются для заинтересованных лиц такими же призрачными, как и раньше. Проще говоря, шансы заявителя получить положительное решение по такой жалобе остаются мизерными…

 

YURISTAT: Вспоминаем публикации в интернете о мерах пресечения: содержание под стражей.

 Назначение и продление меры пресечения – на что должен обращать внимание суд?

В 2020 году российские суды избрали почти 100 000 мер пресечения, а продлили – более 200 000 мер. Отказывают следователям довольно редко – всего в 2,2% случаев. Даже статистика по УДО в России выглядит более оптимистично. Это довольно странно, но арестанты и их адвокаты не так часто оспаривают меры, хотя такие апелляции регулярно удовлетворяются верхними инстанциями судов.

Фото из открытого источника (сервис «Яндекс.Картинки»)

Не секрет, что многие следователи подходят к подготовке представлений довольно формально, да и судьи часто не утруждают себя детальным разбором полётов – поток дел достаточно велик, времени мало, решения принимают дежурные судьи, да и пресловутый человеческий фактор никто не отменял. Невысокой отчего-то считается и цена ошибки, ведь речи о лишении свободы не идёт – лишь о временном ограничении.

Сегодня мы расскажем о том, на что судьи обязаны обращать внимание при рассмотрении представлений органов следствия об избрании меры пресечения. Список составлен на основе действующего законодательства и рекомендаций Пленума Верховного Суда РФ. Проверив полученное постановление по этому списку, вы сможете самостоятельно оценить перспективы апелляционного обжалования решения об избрании меры пресечения. «Институт УДО» поможет составить и подать жалобу.

Обязательные вопросы при назначении или избрании меры пресечения

Основные позиции государства по вопросам, связанным с мерами пресечения, содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 – «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», а точнее даже не во всём постановлении, а в двух его пунктах – 21 и 22.

На основании этих пунктов, собственно, мы и собрали список вопросов, которые судья должен в обязательном порядке разрешить при вынесении решения. Если в постановлении не содержится мотивированной позиции суда по каждому из них, это может быть достаточным основанием для пересмотра меры пресечения. Список получился не только интересным, но и полезным – пользуйтесь.

Повторимся, «Институт УДО» всегда поможет составить документы для суда и оспорить несправедливые решения в высших инстанциях. Наш опыт говорит о том, что справедливость в российской судебной системе есть – просто она доступна тем, кто готов постоять за себя.

Список обязательных вопросов

1. Есть ли в уголовном деле конкретные доказательства и сведения, указывающие на достаточные основания для заключения человека под стражу?
2. Не является ли тяжесть предъявляемого обвинения единственным основанием, по которому следователь просит назначить «стражную» меру?
3. Являются ли основания для продления меры самодостаточными или лишь повторяют выдвинутые следствием при первоначальном назначении меры пресечения?
4. Не является ли продолжающееся ознакомление обвиняемого и его адвокатов с материалами уголовного дела единственным поводом для представления следствия о продлении меры?
5. Действительно ли у арестанта есть реальная возможность препятствовать производству по уголовному делу? Сохраняется ли она при решении вопроса о продлении меры?
6. Подтверждают ли данные по личности обвиняемого, а также сведения о его послепреступном поведении, что им могут быть уничтожены или фальсифицированы доказательства по делу?
7. Подтверждают ли данные по личности обвиняемого, а также сведения о его послепреступном поведении, что он может угрожать участникам уголовного дела или иным способом препятствовать установлению истины по делу?
8. Будут ли в достаточной степени обеспечены интересы участников уголовного процесса при избрании более мягкой меры пресечения?
9. Являются ли достаточными для принятия решения представленные сторонами сведения о состоянии здоровья обвиняемого, обуславливают ли они невозможность его содержания под стражей?

Безусловно, есть и другие вопросы, не затронутые в ППВС №41. Если интересно, можем обсудить их в комментариях к этому посту. В частности, Пленум почему-то не уделяет достаточного внимания важности анализа данных по личности обвиняемого и влиянии меры пресечения на качество жизни (а иногда и жизнеспособность) его семьи. Вероятно, судьи считают эти вещи само собой разумеющимися при разрешении вопросов, связанных с ограничением и лишением свободы.

Статистика неумолимо. Районные суды удовлетворяют до 98% представлений органов следствия об избрании мер пресечения (а продлевают – даже больше). Такие дела рассматриваются дежурными судьями, слушания происходят в интенсивном режиме, практически без подготовки – ошибки естественны и возможны. Читайте постановления внимательно, и если не согласны с ними – не сдавайтесь! Процент удовлетворения судами жалоб растёт с каждым уровнем судебной системы России – от апелляции к кассации!

Вопросы эффективной защиты в уголовном деле. Налоговые преступления.

 YURISTAT: Налоговые преступления. Эффективность защиты. 

 

Предпринимательская деятельность подвержена налоговым проверкам в силу закона. На налоговые органы возложена обязанность по контролю за неукоснительным соблюдением налогоплательщиками требований Налогового кодекса. Поэтому, правомерное поведение предпринимателей может быть признано таковым только при отсутствии претензий со стороны налоговых органов. Нарушение предпринимателями налоговой обязанности влечёт санкции. Самой строгой из них является привлечение к уголовной ответственности. Применению налоговых санкций предшествует налоговая проверка, результаты которой позволяют разграничить виды налоговой ответственности, предусмотренной в НК РФ, либо выступают основанием для применения ст. ст. 198; 199 УК РФ (для физических или юридических лиц). Далее, мы обсуждаем ответственность по ст.199 УК РФ и возможности предпринимателей избежать этих последствий. Во-первых, привлечение к уголовной ответственности за нарушение налогового законодательства (за совершение налогового правонарушения) предусмотрено при выявлении в предпринимательской деятельности признаков диспозиции ст.199 УК РФ, т.е., квалифицирующих признаков состава налогового преступления. Надо понимать, что не каждое налоговое правонарушение влечёт наступление уголовной ответственности. Но, в каждом налоговом преступлении содержатся нарушения налогового законодательства. Поэтому, предпринимателям надлежит разграничивать налоговую ответственность, предусмотренную в Налоговом кодексе, и уголовную ответственность по ст.199 УК РФ, что не одно и то же. Во-вторых, если для участия в проводимых налоговых проверках целесообразно привлекать юристов (адвокатов), специализирующихся на налоговых правоотношениях, то, в случае возбуждения уголовного дела и даже ранее, необходим юрист профессионал в сфере уголовного судопроизводства, специализирующийся по уголовным делам о налоговых преступлениях. При этом, объективное вменение запрещено уголовным законом. Это означает, что защита по уголовным делам о налоговых преступлениях во многом зависит от двух субъективных факторов. Первый. На практике налоговые органы допускают множество оплошностей и серьезных ошибок в определении предмета и целей доказывания при проведении налоговых проверок, материалы которых будут создавать доказательственную базу (основу) уголовного дела о налоговом преступлении. Такие указания были даны налоговым органам руководством ФНС и СК РФ в совместных методических инструкциях о взаимодействии СК РФ с налоговыми органами. Получается, цели налоговой проверки, как бы, следуют за её результатами и выводами, а не наоборот, как должно быть по здравому смыслу. Сказанное подтверждается изученными нами материалами налоговых проверок, решения о назначении которых содержали набор типовых формулировок, в которых нет конкретизации цели (предмета) назначаемой налоговой проверки. Имеются в виду те цели, при достижении которых выявляются признаки состава и события налогового преступления. Соответственно, когда материалы налоговой проверки будут переданы в следственные органы, эти оплошности и ошибки во многом будут порождать неопределённости в формулировании предмета доказывания уже по уголовному делу, если таковое будет возбуждено по факту налогового преступления (именно, по факту, поскольку налоговое правоотношение всегда является персонифицированным к руководителям юридического лица, как субъектам налоговых правоотношений, содержащих признаки налогового преступления. Это следствие известного противоречия между налоговым, уголовным и уголовно-процессуальным законодательствами. К налоговой (правовой) ответственности привлекается юридическое лицо, а к уголовной (правовой) - только физическое лицо. Это надо учитывать. Второй. Защитник в уголовном деле о налоговом преступлении должен обнаружить все эти оплошности, недочёты и ошибки в налоговой проверке и составленных по её результатам акте и решении о привлечении организации-налогоплательщика к налоговой ответственности. При этом, важнейшее значение для последующего оспаривания акта и решения налогового органа будут иметь возражения представителя налогоплательщика, закрепляемые в материалах налоговой проверки. Желательно, чтобы не только сами эти возражения, но, также ходатайства представителей проверяемого налогоплательщика были уже заранее подготовлены в письменном виде. Все эти материалы необходимы для оспаривания действий и решений налоговых органов не только в Арбитражном суде, но, также, в уголовном деле. К которому надлежит готовиться не тогда, когда уголовное дело будет возбуждено, а заблаговременно (подобные вопросы должны быть проработаны в организации в соответствии с правилами «защиты бизнеса»). Современный бизнес не может развиваться успешно, если игнорировать вмешательство в любой бизнес со стороны правоохранительных органов, которое не всегда может быть абсолютно правомерным. Не следует идеализировать современное государственное регулирование предпринимательской деятельности. Далее, мы переходим к основному вопросу – как подготовиться к защите и что необходимо для эффективной защиты бизнеса от незаконных действий налоговых и следственных органов. Материалы для данной публикации взяты из тематики занятий «Спецкурса подготовки защитников по уголовным делам» (руководитель – методист по уголовным делам Московской коллегии адвокатов «Добровинский и партнёры» - Александр Козлов http://yur.tel/ )

 

 

Можно ли в уголовном деле обойтись без профессиональной юридической помощи?

30.04.22 г

YURISTAT

Актуальные советы и рекомендации гражданам от Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве.

Вряд ли кто из граждан, даже не имеющих юридического образования, не знает, что в России существуют специальные государственные органы, поддерживающие общественный порядок, расследующие уголовные дела о преступлениях, а также, судебные органы, в которые обращаются за получением судебных решений, в том числе, по уголовным делам.

В дальнейшем, мы будем публиковать тематические материалы, связанные с работой следственных органов, выявляющих и расследующих преступления.

Эти материалы будут содержать ответы на актуальные вопросы, возникающие у граждан, оказавшихся в непростых ситуациях, осложненных взаимоотношениями с государственными органами, предназначением которых является возбуждение уголовных дел и дальнейшее их расследование. Эта деятельность, а также рассмотрение и окончательное разрешение уголовных дел в судебных инстанциях называется производством по уголовным делам или, равносильно - уголовным судопроизводством. В научной литературе и в учебных программах юридических Вузов используется термин – «уголовный процесс». Это понятие идентично понятию «уголовное судопроизводство».

Всё, что необходимо знать об уголовном судопроизводстве (уголовном процессе), это – его структура, субъектный состав и правоотношения, возникающие с момента получения информации о преступлении, проверки этой информации (заявления о преступлении) и возбуждения уголовного дела. Отказ в возбуждении уголовного дела, как результат проверки сообщения о преступлении, мы не затрагиваем, оставляя этот вопрос для отдельного обсуждения.

Возбуждение уголовного дела и его расследование традиционно связывают с функцией (задачами, целями) уголовного преследования. Эта деятельность органов предварительного расследования завершается с прекращением уголовного дела или его направлением в суд для принятия окончательного решения – прекращения уголовного дела или вынесения приговора (обвинительного или оправдательного).

Когда уголовное дело направляется в суд, прокурор от имени государства, как государственный обвинитель, поддерживает в суде обвинение, предъявленное лицу, совершившему преступление. Этому лицу (обвиняемому) обеспечивается право на защиту от уголовного преследования. Поэтому, являясь формой реализации властных полномочий должностных лиц органов предварительного расследования и прокуратуры, а также, судебных органов, уголовное судопроизводство включает в себя не только нормативные процедуры расследования и судебного разрешения уголовных дел, но, также, обеспечение защиты прав и свобод граждан и юридических лиц, принудительно, то есть, помимо их желания и воли, вовлекаемых в производство по уголовному делу. Это является одним из конституционных принципов уголовного судопроизводства и его предназначением, включающим запрет незаконного привлечения граждан к уголовной ответственности. Последнее неизбежно сопряжено с негативным восприятием гражданами применяемых к ним мер принуждения, особенно, если властные полномочия реализуются должностными лицами с несоблюдением нормативно установленных для этого условий и ограничений, либо с нарушением конституционных прав и законных интересов физических и юридических лиц, что не редко встречается на практике и влечет реабилитацию невиновных лиц, которые подвергались незаконному уголовному преследованию.

Производство по уголовным делам регулируется специальным законодательством – уголовным кодексом (УК РФ) и уголовно-процессуальным кодексом (УПК РФ).

В демократическом правовом государстве действующее законодательство должно предусматривать такие элементы защиты гражданских прав и свобод, как право на обжалование действий (бездействия) или решений государственных органов и должностных лиц, наделенных публичными властными полномочиями.

В УПК РФ предусмотрена регламентация двух процессуальных способов защиты заинтересованными лицами своей процессуальной правоспособности. Один из них несудебный, реализуемый через обращение к должностным лицам с заявлением, ходатайством или жалобой. Второй – судебный, посредством обращения в суд с соответствующей жалобой.

В Интернет-версии Журнала «Уголовный процесс» создана тематическая рубрика «Ходатайства и жалобы по уголовным делам», где публикуются варианты таких процессуальных документов ( https://www.ugpr.ru/detail-docs  ).

Жалобы в уголовном деле.

Государством законодательно обеспечивается право на эффективную защиту своих прав и свобод, в том числе, в уголовном судопроизводстве. При этом, каждому гарантируется незамедлительное восстановление нарушенного права, если таковое возникло в результате деятельности органов предварительного расследования, органов прокуратуры, судебных органов. В случае несогласия с действиями органов расследования, затрагивающих конституционные права граждан и организаций, заинтересованные лица вправе подать жалобу на эти действия (бездействие) или такие решения.

Конституционные основы доступа к справедливому правосудию, обеспечивающему эффективное восстановление нарушенных прав, предполагают возложение на правоприменительные органы и должностных лиц, осуществляющих производство по уголовным делам, обязанность обоснования совершаемых ими действий и принимаемых ими решений. Если эти действия или решения являются явно необоснованными, то, это признаётся существенным нарушением законности.

Любое нарушение законности должно быть исправлено, и такая обязанность по устранению нарушений закона при производстве по уголовным делам возлагается на вышестоящих должностных лиц и судебные органы.

И одной из проблем, возникающих при реализации права на защиту от нарушений законности, является проблема отписок. Когда на поданную жалобу заявитель получает формальный ответ (отписку), не содержащий ответа по существу тех доводов, которые были приведены в поданной жалобе (заявлении, ходатайстве).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Определениях от 25.01.05 г, № 42-0 и от 16.12.08 г, № 1076-0-П, право каждого обращаться в государственные органы и право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (Статья 33 и часть 2, Статьи 45 Конституции РФ), предполагают не только право подать в государственный орган соответствующее ходатайство, но и право получить на это обращение адекватный ответ. Применительно к уголовному судопроизводству это означает необходимость принятия по обращению предусмотренного законом процессуального решения, которое в силу ч.4, ст.7 УПК РФ должно быть законным, обоснованным и мотивированным, - иное означало бы нарушение не только процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, но и их конституционных прав.

Существует два альтернативных подхода к обязанности рассмотрения поданных жалоб (заявлений, ходатайств).

Первый – когда заявитель обязуется обосновать доводы своего обращения, в противном случае, обращение не рассматривается и возвращается заявителю или заявителю направляется ответ, что его обращение оставлено без рассмотрения.

Второй – когда заявителю достаточно указать, что он несогласен с определенными действиями (бездействием) или решениями должностных лиц и этого достаточно для того, чтобы вышестоящее должностное лицо осуществило по факту такого обращения проверку законности и обоснованности действий, бездействия или решений органа расследования, с которыми гражданин несогласен и, в связи с которыми, была подана жалоба.

Нам представляется, что второй вариант более соответствует принципу законности уголовного судопроизводства, поскольку на граждан, не обладающих юридическим образованием, нельзя возлагать обязанность юридического обоснования доводов жалобы (заявления, ходатайства). При этом, мы полагаем, что для эффективного обжалования действий или решений органов предварительного расследования необходимо привлекать профессионального юриста, практикующего по уголовным делам и имеющего необходимые познания и опыт для такого обжалования.

Вместе с тем, гражданам, вовлеченным в производство по уголовным делам, а также, их родственникам целесообразно понимать происходящее и знать, что им можно (нужно) предпринимать в той или иной ситуации.

Например, ранним утром в квартиру прибыли сотрудники правоохранительных органов для производства обыска. Их приход был неожиданным.

Возникают вопросы – Что делать? Можно ли не разрешить проведение обыска в квартире (жилище) и отказаться участвовать в нём? Можно ли пригласить адвоката для участия в обыске? Как обжаловать проведение обыска и его результаты?

Для ответа на подобные вопросы необходимо правильно оценить обстоятельства, в связи с которыми было принято процессуальное решение о необходимости производства обыска в конкретном жилом помещении (в офисе, на складе и т.д.).

В реальных ситуациях могут возникнуть и другие вопросы, требующие понимания происходящего не с точки зрения обычного гражданина, а с учетом юридической оценки правомочий должностных лиц, осуществляющих такое следственное действие, как обыск, в основе которого лежит властное полномочие следователя (дознавателя). И, чтобы зафиксировать, например, несоблюдение следователем процедуры производства обыска, превышение следователем своих полномочий в ходе обыска и фиксации его результатов, необходимы не только юридические познания, но, и подготовленность к правильной реализации этих познаний.

Почему это так важно? Потому, что если нарушения закона не зафиксированы, то, при обжаловании обыска и иных процессуальных действий органа расследования, заинтересованные лица будут лишены возможности сформулировать предмет обжалования и столкнутся с серьезными трудностями в защите своих законных прав и интересов. С такими сложностями постоянно сталкиваются наши сограждане.

В следующих публикациях мы продолжим разговор о популяризации юридических знаний и профессии юриста.

Руководитель Секции

А. М. Козлов

 

 

 

Судебный процесс: адвокат против Адвокатской палаты города Москвы

 АНОНС СУДЕБНОГО ПРОЦЕССА 

«ПРОТИВОСТОЯНИЕ АДВОКАТА С АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТОЙ» 

 

Одной из важнейших регулятивных функций Адвокатской палаты является осуществление контроля за соблюдением адвокатами положений КПЭА - Кодекса профессиональной этики адвокатов.

Несоблюдение адвокатом норм КПЭА может повлечь для него самые неблагоприятные последствия в виде возбуждения дисциплинарного производства и применение мер дисциплинарного воздействия.

Будем исходить из того, что Квалификационная комиссия и, уж, тем более, Совет Адвокатской палаты не идут на поводу следователей и судей (других заявителей не рассматриваем), а, напротив, стараются обеспечить защиту своих членов, профессиональная деятельность которых заведомо предполагает конфликт с интересами следователей и судей, совместно реализующих цели уголовного преследования.

Этот конфликт всё чаще приобретает пограничные формы, когда даже одно неосторожное слово адвоката воспринимается процессуальными оппонентами, как нарушение этических норм КПЭА.

Верим, что в результате объективного дисциплинарного производства адвокаты могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности заслуженно. Но, не исключены и ошибки. Безошибочной юридической деятельности не бывает. Особенно, в сложных этических ситуациях, где облеченные властью должностные лица действуют сообща против одного адвоката. Который, без поддержки адвокатского сообщества, рискует оказаться виноватым, даже будучи невиновным.

В такой ситуации оказался наш коллега адвокат Анвар Галимов, на которого в Адвокатскую палату Москвы поступил из Управления юстиции материал по обращению следователя, лично недовольного действиями адвоката Галимова А.А., поскольку, вопреки требованиям следователя, адвокат Галимов А.А. трижды не являлся в судебное заседание для участия в рассмотрении ходатайств следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого, защиту которого осуществлял адвокат Галимов А.А.

Квалификационная комиссия усмотрена в этом ненадлежащее исполнение адвокатом Галимовым А.А. своих профессиональных обязанностей, с чем согласился Совет Адвокатской палаты Москвы, объявивший адвокату Галимову А.А. замечание.

Учитывая, что наш Консультативно-методический центр многие годы тесно взаимодействует с адвокатом Галимовым А.А., мы вынесли эту ситуацию на обсуждение и приняли совместное решение обжаловать в суд Решение Совета Адвокатской палаты города Москвы. Мы исходили из того, что большинство участников обсуждения высказались за то, что привлечение адвоката Галимова А.А. к дисциплинарной ответственности не вызывалось необходимостью и выглядело потворством следователю. Именно последнее явилось решающим доводом, предрешившим исход обсуждения.

Поскольку адвокатам не очень хочется выступать в суде против своей Адвокатской палаты, было решено выделить адвокату Галимову А.А. представителя в лице руководителя Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве нашего Консультативно-методического центра - Козлова Александра Михайловича, методиста по уголовным делам, согласившегося выступить в непривычном для себя амплуа – представителем в гражданском судопроизводстве.

Рассмотрение иска адвоката Галимова А.А. к Адвокатской палате города Москвы назначено на 10 час. 15.09.21 г в Хамовническом районном суде Москвы, зал судебного заседания 10; кабинет № 401; судья Петручак Р.Л.

До конца месяца намечена подготовка правовой позиции и в суд будут направлены доводы представителя истца в поддержание заявленного иска.

Приглашаем заинтересованных лиц, прежде всего, адвокатов посетить этот судебный процесс, который предполагается будет насыщенным правовой аргументацией, предоставленной суду представителем истца.

 

https://yandex.ru/search/?text=yuristat&lr=213&clid=2355923&win=482&suggest_reqid=860704593161633835468000132962939  

YURISTAT: что надо знать о формах вины в контексте оспаривания обвинения

      В помощь защитникам по уголовным делам

Александр Козлов сформулировал правило определения формы вины в целях оспаривания действий следователя при предъявлении обвинения со ссылкой на то, что следователем не выполнены требования ч.5, ст.172 УПК РФ.

В соответствии с уголовным законом, в материальных составах форма вины определяется отношением обвиняемого к общественно-опасным последствиям инкриминируемого преступления с материальным составом.

В формальных составах форма вина выражена отношением обвиняемого к своим общественно-опасным действиям.

Соответственно, если инкриминируемое деяние вызывает одно последствие, то, совершившее это деяние лицо может относиться к своим действиям с прямым или косвенным умыслом , либо с неосторожной формой вины. Тогда, деяние необходимо признавать совершенным умышленно или по неосторожности.

Никакой «комбинированной», «двойной» и т.п. формы вины не возникает. Что вытекает из законодательных дефиниций, закрепленных в ст.ст.24-26 УК РФ.

Однако, нам необходимо рассмотреть и другой вариант. Когда формальный состав по своей конструкции включает в себя не одно, а два и несколько действий или когда материальный состав предусматривает не одно, а два или несколько последствий. В этом случае, мы говорим о комбинациях признаков состава. Но, даже в этих случаях форма вины не может рассматриваться, как «смешанная», «двойная» и т.п. Эти вопросы мы рассмотрим в следующей публикации.

==========================================================

https://www.ugpr.ru/detail-docs

 

YURISTAT: право на защиту в вопросах и ответах

БЛИЦ: ВОПРОСЫ – ОТВЕТЫ

УГОЛОВНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО

ТЕМА: ПРАВО НА ЗАЩИТУ

Публикуем второй раунд блица «вопросы-ответы». На вопросы блица отвечает Александр Козлов ( http://yur.tel/ ) - методист по уголовным делам Московской коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнёры».

По условиям нашего «блица» вопросы должны быть предельно конкретными и односложными, позволяющими не задумываться над ответами и давать простые ответы, вплоть до самых элементарных ответов «да» или «нет». Вместе с тем, развернутые ответы позволяют исчерпать искомую информацию.

Итак, начинаем:

Вопрос:

Имеет ли обвиняемый право отвечать на вопросы следователя не сразу, а через некоторое время?

Ответ:

Участники уголовного судопроизводства наделены правами и обязанностями но, они не содержат обязанности обвиняемого отвечать на вопросы следователя ни сразу, ни через некоторое время. Это зависит от желания обвиняемого.

Уголовно-процессуальным законом (УПК РФ) не предусмотрена обязанность обвиняемого, даже если он согласился дать показания, отвечать на вопросы следователя сразу же, как только будет задан вопрос. Поэтому, нам надлежит исходить из общих правил взаимодействия следователя с обвиняемым (подозреваемым). Начнём с того, что обвиняемый вправе вообще отказаться давать показания, но, мы не рекомендуем использовать это конституционное право, если только ситуация не безвыходная. Поэтому, показания надо давать.

Но, не обязательно отвечать на все вопросы следователя. И, тем более, нет никакой необходимости давать развернутые показания. Лучше отвечать на вопросы фрагментарно, по усмотрению подозреваемого, обвиняемого и под контролем защитника. При этом, не надо отказываться отвечать на вопросы следователя. Ответы можно отложить на попозже и это лучшая тактика защиты.

Например, обвиняемый забыл некоторые обстоятельства и ему необходимо время, чтобы восстановить в памяти события прошлого. Или возникли разногласия между обвиняемым и адвокатом защитником, в связи с чем, им требуется время для согласования позиции. Обвиняемый вправе пожелать пригласить второго защитника, чтобы выработать с ним окончательный ответ на вопросы следователя. Не забывайте, что показания допрашиваемого являются доказательствами по уголовному делу. И они должны стать доказательствами защиты. Поэтому, руководствуйтесь правилом – семь раз отмерь и один раз отрежь. Иначе получите «тришкин кафтан» вместо доказательства защиты.

Таким образом, ответы на вопросы следователя обвиняемый может давать не сразу, а после консультаций с защитником. В том числе, со вторым.

Вопрос:

Какие меры воздействия может применить следователь к обвиняемому, если обвиняемый уклоняется от ответов на вопросы следователя?

Ответ:

Никаких. Таких мер воздействия не существует. А вот принуждать, склонять обвиняемого к даче показаний запрещено (ст.302 УК РФ).

Если мы говорим о мерах воздействия, предусмотренных законом, то, такие меры воздействия не только не предусмотрены, они запрещены, поскольку будут нарушать право подозреваемого, обвиняемого не свидетельствовать против себя самого. Вместе с тем, на практике органы предварительного расследования стараются «разговорить» обвиняемого, чтобы убедить его «рассказать о якобы известных ему обстоятельствах расследуемого преступления». Практикующим адвокатам защитникам известны случаи, когда с обвиняемым, содержащимся под стражей, «беседуют» оперативные сотрудники в отсутствие адвоката и без составления протокола, что является существенным нарушением законности.

Вопрос:

Имеет ли следователь правомочие запретить адвокату защитнику помогать обвиняемому давать показания и, в частности, «подсказывать» обвиняемому ответы на вопросы следователя?

Ответ:

Формально, может. Следователю нужны ответы обвиняемого, а не адвоката.

И если обвиняемый не отказался от дачи показаний, то, следователь от него ожидает услышать ответы на задаваемые вопросы. Но, поскольку обвиняемый вправе консультироваться со своим защитником по каждому заданному вопросу, то, нередко следователи не препятствуют адвокату формулировать ответы на вопросы следователя. Бывает, что следователь не возражает, если адвокат приносит с собой флеш-накопитель с подготовленными ответами обвиняемого на различные вопросы и содержание этой флешки переносится в компьютерный файл протокола допроса. Это зависит от следователя и от обстоятельств уголовного дела. Нам известны случаи, когда следователь вносил в протокол запись, что на вопросы следователя фактически отвечал адвокат. Поэтому, представляется более правильным, чтобы отвечал на вопросы следователя сам допрашиваемый, а адвокат защитник уточнял и корректировал сказанное своим подзащитным. Если же отношения со следователем конфликтные, то, имеет смысл подготовиться к тому, чтобы «корректировать» показания обвиняемого записями возражений (замечаний) в конце протокола допроса.

Свои особенности имеет проведение допроса с применением аудио (видео) фиксации. Но, это отдельная тема для обсуждения действий адвоката.

Вопрос:

Вправе ли следователь использовать аудио фиксацию допроса вопреки воле и желанию обвиняемого и/или его адвоката защитника?

Ответ:

Следователь вправе по своему усмотрению использовать технические средства фиксации следственного действия посредством производства аудио или видео записи. Согласие обвиняемого или его защитника не требуется. Однако, у нас были случаи, когда удавалось убедить следователя не производить видеозапись и ограничиться только аудиозаписью. Основным аргументом был довод о том, что в качестве обвиняемого привлекалась женщина, а она не хотела, чтобы её в таком виде зафиксировали на видеозаписи. Другой случай тоже из нашей практики, когда следователь согласился не производить аудиозапись допроса, так как иначе обвиняемый откажется давать показания. После недолгого спора, следователь пошёл на уступки. Таким образом, в каждом таком случае надлежит искать компромисс со следователем. Но, обвиняемый не обязан участвовать в следственном действии, при производстве которого используется аудио или видео фиксация, а обвиняемый не соглашается с использованием технических средств. Очевидно, что если нет участия, то, нет ни аудио, ни видео фиксации.

Вопрос:

Может ли следователь применять «обман» при производстве допроса?

Ответ:

Этот вопрос связан с известной проблематикой «этической стороны обмана». Адвокат, будучи профессионалом, обязан предусмотреть возможность таких «уловок» со стороны следователя и быть подготовленным к тому, чтобы они не были применены следователем во вред обвиняемому. Основное правило в такой ситуации – ни в коем случае не принимать на веру сказанное следователем. Тем более, если обвиняемый отрицает свою вину и не согласен с предъявленным обвинением. И не надо забывать вносить в протокол замечания о том, что со стороны следователя использовались недопустимые способы воздействия на обвиняемого, в частности, введение обвиняемого в заблуждение относительно обстоятельств уголовного дела и хода его расследования.

Вопрос:

Может ли обвиняемый давать ложные показания?

Ответ:

Скажем так – обвиняемый не обязан правдиво отвечать на задаваемые ему следователем вопросы. Но, мы не рекомендуем злоупотреблять возможностью обмануть следователя. Ведь в случае изобличения обвиняемого во лжи, защита значительно ослабит доверие к другим показаниям обвиняемого, даже если они будут искренними и правдивыми. Сказанное особенно актуально для присяжных заседателей. Утрата обвиняемым доверия со стороны присяжных чревата такими последствиями, как признание его виновным лишь на основании утверждений стороны обвинения, даже в отсутствие достаточных доказательств. Если же нет возможности исключить обман из показаний обвиняемого, то, желательно не переборщить с этим. Лучше не использовать ссылки на обстоятельства, заведомо неправильные, которые легко могут быть проверены и опровергнуты. При этом, опытный следователь вполне может задавать вопросы, чтобы получить на них ложные ответы, делая это сознательно, чтобы понять, каким образом и на какие вопросы обвиняемый даёт ложные показания. Этот же приём используется при проверке на полиграфе («детекторе лжи»).

Вопрос:

Вправе ли обвиняемый задавать вопросы следователю?

Ответ:

Будет более корректным, если обвиняемый станет заявлять ходатайства, а не задавать вопросы. Например, обвиняемый хочет спросить – откуда следователь получил информацию, изложенную в данном фрагменте текста обвинения?

Вместо этого, будет более правильным заявить ходатайство о разъяснении следователем смысла этого фрагмента обвинения и/или об ознакомлении с документами, содержащими эту информацию. Последнее не всегда возможно во время расследования, однако, при выполнении требований ст.217 УПК РФ (при ознакомлении со всеми материалами уголовного дела), эти источники сведений о фактах станут доступны. И тогда можно заявить ходатайство о дополнительном допросе обвиняемого по этим фактам (обстоятельствам).

Вместе с тем, когда отношения со следователем не конфликтные, то, если не с обвиняемым, то, в разговоре с адвокатом следователь вполне может ответить на вопросы защиты. Конечно, если адвокат не пытается выведать информацию о «тайных» планах органов расследования. Ничего особенного не случится, если адвокат спросил у следователя – когда снимут арест с имущества обвиняемого? На что следователь может ответить, что он этого в ближайшее время не планирует.

Вопрос:

Вправе ли обвиняемый отвечать на вопросы следователя, используя какой-либо из иностранных языков?

Ответ:

У нас неоднократно возникали споры со следователем по поводу возможности использовать обвиняемым для дачи показаний один из иностранных языков, которыми владеет обвиняемый. Следователь не может обязать обвиняемого давать показания на конкретном языке, в том числе, на русском, несмотря на то, что судопроизводство в Российской Федерации осуществляется на русском языке. В соответствии, с п.6, ч.4, ст.47 УПК РФ, обвиняемый вправе давать показания и объясняться на родном языке или языке, которым он владеет. Это нормативное предписание обязывает следователя предоставить обвиняемому возможность выбора языка, которым обвиняемый владеет и на котором он желает давать показания. Даже если следователь сам владеет этим иностранным языком, он, обязан пригласить переводчика, чтобы и адвокат защитник понимал, какие показания даёт обвиняемый. Отметим, что даже если русский язык будет для обвиняемого родным, обвиняемый вправе давать показания на иностранном языке, которым обвиняемый владеет, например, в связи со спецификой своей работы.

Вопрос:

Вправе ли гражданин, доставленный к следователю, давать показания только в присутствии своего адвоката, хотя следователь ещё не признал этого гражданина подозреваемым или обвиняемым?

Ответ:

Ответ на этот вопрос был дан Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 27.06.00 г, № 11-П, что право на обращение за помощью к защитнику не связывается с формальным признанием лица подозреваемым или обвиняемым. В Статье 48 Конституции Российской Федерации указывается лишь на сущностные признаки, характеризующие фактическое положение лица, как нуждающегося в правовой помощи в силу того, что его конституционные права ограничены в связи с уголовным преследованием в целях установления именно его виновности в совершении преступления, по которому возбуждено и расследуется уголовное дело. При этом, факт уголовного преследования и направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться актом о возбуждении уголовного дела, проведения в отношении него следственных действий (обыска, опознания, очной ставки, допроса и т.д.) и иными мерами, предпринимаемыми для его изобличения и выявления фактов и обстоятельств, уличающих данное лицо, как совершившее преступление.

Вопрос:

Может ли гражданин пригласить адвоката в ситуации, когда в отношении данного гражданина осуществляются оперативно-розыскные мероприятия, а уголовное дело ещё не возбуждено?

Ответ:

Сложившаяся судебная практика даёт отрицательный ответ на этот вопрос. В том числе, Конституционный Суд Российской Федерации в Определениях № 4-О от 24.02.05 г и № 342-О-о от 19.04.07 г разъяснил, что на лиц, в отношении которых проводятся оперативно-розыскные мероприятия до возбуждения уголовного дела, не может быть распространено требование об обеспечении права на помощь адвоката (защитника). Соответственно, в последние годы, суды отказывают в удовлетворении жалоб, подаваемых в порядке ст.125 УПК РФ на незаконность действий сотрудников оперативных органов, проводивших ОРМ до возбуждения уголовного дела и не допустивших к участию в них адвоката.

Позиция судов определяется ссылками на то, что эти ОРМ осуществлялись до возбуждения уголовного дела, т.е., когда ещё не мог применяться уголовно-процессуальный закон. Однако, эта позиция судебных органов РФ вызывает сомнения в её безусловности и даёт основания для обжалования с приведением доводов о том, что проверка сообщения о преступлении в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, в том числе, проводимая в форме ОРМ, подпадает под регулирование нормами УПК РФ, а не только ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

В принципе, можно сформулировать правовые доводы для обращения в Европейский Суд по правам человека по этой ситуации, но, предварительно надо пройти судебные инстанции с жалобой в порядке ст.125 УПК РФ и получить отрицательные судебные решения, как правовое основание для направления в Европейский Суд по правам человека соответствующей Жалобы.

Вопрос:

Могут ли родственники задержанного лица пригласить для его защиты адвоката и заключить с этим адвокатом соглашение от своего имени?

Ответ:

Эта возможность прямо предусмотрена в ч.1, ст.50 УПК РФ, но, с обязательным условием – по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого.

Поскольку, в силу п.2, ч.1, ст.46 УПК РФ, задержанное лицо приобретает статус подозреваемого, то, на него в полной мере распространяются положения ст.46 УПК РФ (пользоваться помощью защитника и т.д.).

Соответственно, в случае явки адвоката, приглашенного родственниками задержанного, следователю надлежит выяснить у задержанного, давал ли он поручение своим родственникам на приглашение адвоката и даёт ли он своё согласие на участие адвоката защитника, приглашенного родственниками лица, задержанного по подозрению в совершении преступления. При этом, самому задержанному не может быть отказано в приглашении адвоката и заключении с ним соглашения на защиту. В силу требований ч.2, ст.50 УПК РФ, следователь обязан обеспечить задержанному лицу возможность реализовать это право.

При применении этих норма уголовно-процессуального закона на практике возникает немало недоразумений, обусловленных ошибочным толкованием норм уголовно-процессуального законодательства. Поэтому, мы рекомендуем с осторожностью осуществлять конституционное право на квалифицированную юридическую помощь не только подозреваемыми, обвиняемыми, но, также и их родственниками.

Добавим, что в соответствии со ст.96 УПК РФ, родственники задержанного лица должны быть уведомлены о задержании их родственника. Задержанному должна быть  предоставлена возможность осуществить один телефонный звонок для уведомления своих родственников или близких лиц о своем задержании, о чём делается отметка в протоколе задержания. Невыполнение этих требований влечет для должностных лиц органов расследования негативные последствия. Однако, в ч.4, ст.96 УПК РФ оговаривается, что при необходимости сохранения в тайне факта задержания данного лица, в интересах расследования может быть принято решение о неуведомлении родственников задержанного лица о факте его задержания. О чём должно быть вынесено мотивированное постановление должностного лица, осуществляющего производство по уголовному делу (мы исходим из того, что задержание является мерой уголовно-процессуального принуждения, применяемой только по возбужденному уголовному делу).

https://yandex.ru/search/?text=yuristat&clid=2233627&lr=213

==============================================================

Модераторы публикации: Виктор Байраков; Анвар Галимов;