ПРАВО НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ –
НЕОТЪЕМЛЕМОЕ
КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО.
Наша
публикация планировалась, как ответ на вопрос – если гражданина вызывают к следователю, имеет ли он ПРАВО прийти с адвокатом?
Но, учитывая пожелания о более глубоком раскрытии
содержания такого ПРАВА, мы начнём с вопроса о конституционной гарантии ПРАВА КАЖДОГО НА ПОЛУЧЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКОЙ
ПОМОЩИ с позиций основ конституционно-правового института квалифицированной
юридической помощь, доступ к которой, согласно ст.55 Конституции РФ не может
быть ограничен, даже при военном положении в стране.
В юридической литературе, включая комментарии к УПК РФ и
учебные пособия по уголовно-процессуальному праву достаточно много внимания
уделялось и уделяется вопросам обеспечения конституционного права каждого на доступ
к юридической помощи, которую оказывают профессиональные защитники – адвокаты. Такое
понимание положений статьи 48 Конституции Российской Федерации устоялось в
уголовно-процессуальном законодательстве на основании ряда тематических решений
Конституционного Суда Российской Федерации. Одним из первых таких Решений КС РФ
является «эпохальное» Постановление Конституционного Суда РФ от 21.01.97 г №2-П «По делу о
проверке конституционности части 4 статьи 47 УПК РСФСР по жалобам граждан Б.В. Антипова; Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова», где
Конституционный Суд РФ с перевесом в 1 голос (из 9 судей «за» такое решение
проголосовали 5 судей и «против» такого решения проголосовали 4 судьи)
сформулировал свою правовую позицию таким образом, что возможность допуска в
качестве защитника на предварительном следствии только лица, состоящего в
коллегии адвокатов, соответствует Конституции РФ. В действующем с 2002 г УПК РФ
(в ч.2, статьи 49) установлено, что «в качестве защитников участвуют
адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть
допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное
лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. При производстве у мирового
судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката».
Это нормативное правоположение представляется наиболее
удачным компромиссным решением законодателя по рассматриваемой проблематике
(при необходимости заинтересованные лица имеют возможность получить
консультацию в нашем КМЦ ЮРИСТАТ (контакты приведены ниже по тексту).
Итак, в соответствии с частью 1, статьи 48 Конституции РФ
– каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической
помощи.
Согласно части 1, статьи 1 Федерального закона «Об
адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», - адвокатской
деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на
профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке,
установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам
(далее – доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также
обеспечения доступа к правосудию.
Но,
соответствие закона положениям Конституции РФ ещё не гарантирует, что эти
законодательные установления не будут нарушены в правоприменительной
деятельности должностными лицами, осуществляющими производство по уголовному
делу на досудебной и судебных стадиях. Известно, что значительное число отмены
судебных постановлений сопряжено именно с допущенными судом нарушений права на
защиту (практикующие в уголовном судопроизводстве юристы должны знать эту
правоприменительную практику).
Далее,
с учётом нашей специализации, мы будем говорить только о соблюдении обозначенной
конституционной гарантии именно в уголовном судопроизводстве.
(Материал
для публикации предоставлен Козловым Александром Михайловичем – методистом по уголовным делам,
руководителем Секции методики и методологии правоприменения в уголовном
судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра YURISTAT (КМЦ ЮРИСТАТ).
Участие
в уголовном судопроизводстве профессионального защитника – адвоката –
декларируется, как важнейшая уголовно-процессуальная гарантия прав и законных
интересов граждан, вовлекаемых (обычно, помимо их желания и воли) в
производство по уголовному делу. Однако, так ли это, - далеко не однозначно.
Поскольку
производство по уголовному делу регламентируется специальным отраслевым
законодательством – УПК РФ (Уголовно-процессуальным Кодексом Российской
Федерации), участие адвокатов, как профессиональных защитников по уголовным
делам, сопровождается многочисленными конфликтами адвокатов со своими подзащитными (подозреваемыми,
обвиняемыми), заключившими с адвокатом
соглашение на защиту. При этом, не редкостью является и конфликт между
адвокатами. Особенно, при коллизионной защите.
И
оказывается, что на практике рушится миф о том, что конституционная гарантия права на получение
квалифицированной юридической
помощи обеспечивается исключительно и только посредством, так называемой, адвокатской монополии, когда
процедурные условия участия адвокатов
защитников в уголовном судопроизводстве и, соответственно, качество юридической
помощи обеспечивается механизмом корпоративной (в частности, дисциплинарной)
ответственности адвокатов за «ненадлежащее» исполнение (точнее, за
неисполнение) своих профессиональных обязанностей по обеспечению правовой
защиты лиц, подозреваемых, обвиняемых по уголовным делам, что подтверждается
материалами дисциплинарных производств Адвокатских палат в отношении своих
адвокатов. Ещё больше случаев нарушения адвокатами прав своих подзащитных
остаются латентными (скрытыми) от органов управления региональными Адвокатскими
палатами. Причину такого явления мы усматриваем в том, что многие подобные ситуации
остаются вне контроля и реагирования соответствующих Адвокатских палат, поскольку
граждане (как правило, не имеющие юридического образования и практических
навыков защиты даже от надуманных обвинения), не знают, что ненадлежащее
выполнение адвокатом защитником своих функций не только позволяет направить
жалобу на адвоката в Адвокатскую палату, но, что особенно важно (!), - использовать эти обстоятельства для обоснования
доводов жалоб на постановления следователя, прокурора и суда (в том числе, при
обжаловании приговора), что конституционное право на защиту не было обеспечено
в полной мере при осуществлении данным адвокатом защиты своего доверителя от
его уголовного
преследования. Таким образом, предметом разногласий является не наличие статуса
адвоката у защитника, а его способность оказать именно квалифицированную
юридическую помощь, а не просто помощь, подменяемую на практике фактом формального
присутствия в уголовном деле адвоката защитника, а не качеством оказываемой им
защиты.
Следователи,
прокуроры и судьи так и указывают, что адвокат присутствовал!
В
этом принципиальная разница, но, даже Конституционный Суд РФ в своём вышеупомянутом
Постановлении от 28.01.97 г допустил эту тривиальную логическую ошибку,
известную, как подмена тезиса (см. тезис №1
«юридическая помощь» и тезис №2 «присутствие адвоката», что не
идентично).
Полагаем,
именно поэтому, затронутая проблематика вызывает оживленные дискуссии на
протяжении уже нескольких десятилетий, но, к однозначному мнению юристы так и
не пришли. Вспоминается участие в круглом столе накануне введения в действие
«нового» УПК РФ 2001 года, когда мной был задан вопрос – разве заведующая
кафедрой уголовного процесса МГЮА, доктор юридических наук, заслуженный деятель
науки, автор учебного пособия по уголовному процессу профессор Лупинская Полина
Абрамовна, не являющаяся адвокатом, не способна оказать квалифицированную
юридическую помощь?!
Как
говорится, возразить никто не смог. Тем более, в присутствии самой Лупинской
П.А., которая тоже высказалась о несовершенстве законодательства.
Так
или иначе, с 01.07.22 года УПК РФ вступил в действие и сегодня мы руководствуемся этим
уголовно-процессуальным законодательством,
а также, специальным отраслевым законодательством «Об адвокатской
деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», принимая во внимание всё
то, что происходит в производстве по реальным уголовным делам, по которым даже
элементарные вопросы приглашения защитника и/или замены защитника, назначения
защитника и/или отказа от защитника, право обжалования действий (бездействия)
защитника и др. порождают многочисленные, зачастую, излишние конфликтные
ситуации, больше мешающие, чем помогающие интересам защиты.
В
каждой такой ситуации необходимо тщательно разобраться, прежде чем высказывать
своё мнение, ведь далеко не всякое недовольство подозреваемого, обвиняемого
своим защитником адвокатом обусловлено неправильными действиями (бездействием)
адвоката. Более того, как показывает практика, чаще ошибается клиент адвоката,
а не адвокат. В результате жалоба на адвоката, основанная на эмоциях и
недовольстве результатом, полученным по уголовному делу, не оправдавшем
ожидания, оказывается напрасной тратой времени и сил. Всего этого можно было
избежать, действуя рационально и осмотрительно.
… … …
(полная версия публикации доступна по запросу).
И в
завершение нашего тематического обзора публикуем ответ Александра Козлова на основной
вопрос нашей публикации – если гражданина вызывают к следователю, имеет ли он право
прийти с адвокатом?
Вопрос
не так прост и очевиден, как может показаться на первый взгляд, о чём
свидетельствуют и материалы уголовных дел, сформированных на досудебной и
судебных стадиях уголовного судопроизводства.
Во-первых, следователь, как должностное лицо,
осуществляющее производство по уголовному делу на досудебной стадии, наделен
властными полномочиями, позволяющими вызвать любого гражданина для допроса или
участия в других следственных действиях (предъявления для опознания и т.д.).
Более того, эти властные полномочия позволяют следователю принимать
принудительные меры к лицам, уклоняющимся от явки по вызову следователя
(например, вынести постановление о приводе такого лица). Конечно, у следователя
должны иметься правовые основания для реализации своих властных полномочий и, в
случае явного злоупотребления ими, на следователя может быть подана жалоба.
Во-вторых, уклоняться от явки к следователю мы не
рекомендуем. Также, мы не рекомендуем начинать «возню» с надлежащим письменным
уведомлением о явке к следователю (например, повесткой). Вместе с тем, если
следователь позвонил по телефону, имеет смысл сразу сообщить следователю о
наличии адвоката, с которым следователю надо договариваться о встрече. Можно
сообщить телефон адвоката или сказать следователю, что в самое ближайшее время
адвокат сам перезвонит следователю. Далее, что бы не говорил следователь, необходимо
знать, что все протоколы допроса будут являться недопустимыми (незаконными)
доказательствами, если следователь лишил допрашиваемого возможности давать
показания в присутствии своего адвоката (для свидетеля такое право
предусмотрено в п.6, ч.4, ст.56 УПК РФ). В некоторых случаях, мы советуем
первый раз являться к следователю без адвоката, но, эти ситуации требуют
отдельного конфиденциального разговора (консультации опытного юриста), так как
вызов к следователю может сопровождаться «неожиданностями» не только со стороны
следователя, но, и со стороны оперативных сотрудников, которые могут
«сопровождать» данное уголовное дело. Более того, известны случаи, когда лицо
является к следователю, а в кабинете следователя уже находится адвокат, который
по указанию следователя участвует в оформлении процессуальных документов в
качестве якобы защитника данного лица, которое, как будет записано в протоколе,
отказалось от подписи. Каждый должен знать, как необходимо действовать в таких
случаях (в этом и смысл получения гражданами квалифицированной юридической
помощи). Конечно, в настоящее время подобные ситуации, скорее, исключение, чем
правило, но, проблема «карманных» адвокатов всё ещё существует.
В-третьих, необходимо понимать, какие вопросы
могут возникнуть у органов расследования к данному гражданину. И на основе этой
информации планировать первоначальную позицию защиты (тактику взаимодействия со
следователем).
Здесь
можно напомнить о разъяснениях Конституционного Суда РФ о том, что статья 48
Конституции РФ не связывает предоставление помощи адвоката (защитника) с
формальным признанием лица подозреваемым или обвиняемым, достаточным является
принятия органом расследования процессуального акта, на основании которого в
отношении гражданина осуществляются мероприятия уголовного преследования
(например, лицо допрашивается об обстоятельствах его предполагаемой
причастности к совершению преступления, по факту которого возбуждено уголовное
дело). В этой ситуации лицу должно быть незамедлительно обеспечено право на
помощь защитника (см. Постановления КС РФ от 27.07.00 г, №11-П).
Исходя
из нашей юридической практики, следователи (дознаватели) крайне редко беспокоят
граждан, законопослушность которых не вызывает сомнения, но, как говорится,
практика так называемых «заказных» уголовных дел не изжита.
Итак,
резюмируем сказанное.
Каждый
гражданин имеет право являться по вызову следователя с адвокатом.
Без
своего адвоката не вступать ни в какие разговоры со следователем или, тем
более, с оперативными сотрудниками. Появится адвокат, тогда можно будет
принимать решение, как действовать дальше. Здесь возможны ситуации, когда
следователь обращается к гражданину на улице и предлагает принять участие в качестве
понятного в обыске, проводимом в каком-либо помещении или личном обыске
какого-либо другого гражданина. Следователь вправе пригласить граждан для
участия в следственных действиях «опознании», «осмотра» местности или
помещения, «осмотра» предметов и документов, проведении «следственного
эксперимента» и других следственных (процессуальных) действиях. Это отдельная
тема для разговора, но, в этих случаях гражданин, участвующий в следственном
действии в качестве понятного, статиста, права на адвоката не имеет.
И
последнее. Если права гражданина нарушены, ограничены, не соблюдены, то, у гражданина возникает право на обжалование незаконных
действий должностных лиц, осуществляющих
производство по уголовному делу. В этом случае, гражданин тоже имеет право на
помощь адвоката (как представителя или защитника).
Мы
рекомендуем каждому знать свои права и уметь их защищать.
Для
получения консультативных рекомендаций
по обжалованию нарушения права на
защиту при производстве по уголовному делу, обращаться по электронной почте:
