Новые юридические сервисы по уголовным делам

 

Что Вы знаете о содержании услуги редактирования

процессуальных документов по уголовному делу?!

На вопрос ответил методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра YURISTAT (ЮРИСТАТ) Александр Михайлович Козлов, приведя пример решения казуса о применении норм УК РФ.

О сложностях проблематики ошибочного применения уголовного закона при производстве по уголовным делам на досудебной и судебных стадиях уголовного судопроизводства юридическая общественность напоминает время от времени в частных комментариях и в публичном пространстве. Но, проблема существует и не теряет своей актуальности для нашего времени, хотя практически во всех высших учебных заведениях юридического профиля готовят будущих юристов с целью обеспечения правильного понимания и применения уголовного законодательства.

Эти концепты правовой идеологии российского уголовного законодательства легли в основу услуги рецензирования процессуальных документов по уголовным делам. В дальнейшем эта услуга была дополнена услугой редактирования процессуальных документов по уголовным делам, о которой мы упомянули в предыдущей публикации https://news-pravo.blogspot.com/2022/12/yuristat.html и в тематической колонке в МАХе -

… … …

Что представляет услуга редактирование процессуальных документов по уголовному делу и чем она отличается от услуги рецензирования процессуальных документов в уголовном деле?!

Материалы уголовных дел представляют собой совокупность процессуальных документов. Одни из которых являются документами организационного характера (например, запросов о получении информации и ответов на запросы, содержащие запрашиваемую информацию о судимости, о наличии имущества), другие содержат решения по уголовному делу (о сроках следствия, о мере пресечения, об аресте имущества, о соединении или выделении уголовных дел) и т.д. и т.п.

Основу материалов уголовного дела образуют доказательства и процессуальные документы о получении доказательств (заключения экспертов, протоколы обыска, протоколы допросов, очных ставок и других следственных действий), а также, документы, определяющие движение и планирование уголовного дела (постановление о привлечение лица в качестве обвиняемого, уведомление о завершении следственных действий и начале ознакомления с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ). Отдельно назовём обвинительное заключение, как итог (итоговый процессуальный документ), завершающий досудебное производство и направляемый прокурору для его утверждения и направления с материалами уголовного дела в суд первой инстанции.

Соответственно, содержание всех этих материалов уголовного дела является для стороны защиты объектами своевременного эффективного обжалования либо в порядке подчиненности вышестоящему руководителю следственного органа или надзирающему прокурору, либо в порядке обращения с жалобой в суд в порядке ст.125 УПК РФ. Эти действия стороны защиты должны быть максимально не только профессионально подготовлены, но, и спланированы с учётом общих и частных целей защиты от уголовного преследования по конкретному обвинению.

Услуги рецензирования и редактирования процессуальных документов по уголовному делу предназначены для помощи стороне защиты в оспаривании действий (бездействия) и решений органов (прежде всего, их должностных лиц), осуществляющих досудебное производство по уголовному делу.

Для получения услуги рецензирования процессуальных документов в уголовном деле заинтересованные лица предоставляют соответствующие процессуальные документы, на содержание которых мы готовим рецензию о соответствии такого документа требованиям материального или процессуального уголовного закона. Услуга может быть оказана устно (в форме беседы, обсуждения выявленных в документе юридических дефектов) или, по согласованию, в письменной форме конкретных юридических рекомендаций (например, о подготовке ходатайства, жалобы, заявления). В настоящее время мы помогаем подготовить необходимые жалобы, ходатайства, заявления или ограничиваемся, при необходимости только редактированием ранее уже подготовленных стороной защиты заявлений, ходатайств, жалоб. В этом случае мы занимаемся усилением доводов защиты с объяснением необходимости в этом, чтобы избежать слабостей в доводах защиты.

Здесь мы переходим к услуге редактирования процессуальных документов, на этот раз исходящих не от следователя, а от стороны защиты. В этих случаях мы изучаем не только, например, доводы уже подготовленной жалобы, но, также, процессуальные документы, содержащие сведения о действиях или решениях следователя (судьи, прокурора, начальника следственного органа), которые были или будут обжалованы в интересах не только обвиняемого, но, также, других лиц (например, свидетелей, понятых, статистов и др. лиц, интересы которых могли быть затронуты производством по уголовному делу). Понятно, что редактировать процессуальные документы сторона защиты не может, но, при наличии оснований для этого, может быть подано ходатайство руководителю следственного органа (жалоба на незаконные или необоснованные действия и решения следователя) с просьбой устранить допущенное следователем нарушение закона. Таким образом сторона защиты реализует возможность контроля за надлежащим производством по уголовному делу и своевременным реагированием по фактам нарушения или несоблюдения следователем порядка уголовного судопроизводства, который урегулирован действующим законодательством, подлежащим применению при производстве по уголовному делу (мы напоминаем о нормах УК РФ, содержащих бланкетные диспозиции, т.е., включающие положения норм другого отраслевого законодательства (гражданского, корпоративного, налогового, таможенного и др.).

В качестве варианта оказания услуги, публикуем вариант решения казуса по учебной дисциплине «Практикум по применению уголовного закона» (дипломированные юристы проходят такой практикум).

Условия казуса: на новогодние праздники в деревню к родителям приехал из города инженер Сидоров, 41 год. Узнав от отца, что в деревне проживают многолетние охотники Иванов, 61 год и Петров, 64 года, которые намеревались пойти на двухдневную охоту с ночевкой в лесу, Сидоров попросил взять его с собой с имеющимся у отца охотничьим снаряжением. Иванов и Петров согласились, так как втроём будет удобнее. Однако, к вечеру первого дня Сидоров с непривычки сильно переутомился и почувствовал себя плохо. Охотники решили прервать охоту и вернуться обратно в деревню. Какое-то время они поддерживали Сидорова и даже пытались нести его на себе вместе с охотничьим снаряжением, но, вскоре не смогли двигаться дальше. По просьбе Сидорова охотники Иванов и Петров оборудовали стоянку для Сидорова, заготовили ему дрова, оставили продукты и налегке отправились в деревню. Через несколько часов, по прибытию в деревню Иванов и Петров сообщили председателю сельсовета, участковому, а также, родственникам Сидорова о том, что произошло, чтобы с кем-то отправиться за Сидоровым. Но, когда спасатели прибыли на место, они обнаружили, что за это время Сидоров умер. По заключению эксперта, смерть Сидорова наступила от переутомления на фоне ишемической болезни, гипертомии и др. сопутствующих заболеваний. Признаков обморожения не обнаружено. Узнав о случившемся, супруга умершего Сидорова обратилась в прокуратуру с заявлением о причинении Сидорову смерти по неосторожности по причине оставления его в опасности.

Необходимо дать уголовно-правовой анализ случившегося и о наличии или отсутствии в поведении охотников Иванова и Петрова признаков преступления.

Решение (в редакторском сокращении):

Любое преступление (согласно ст.14 УК РФ) обладает признаком общественной опасности, выраженной в причинении вреда личности, обществу или государству, а равно, созданием реальной угрозу причинения такого вреда соответствующим общественным отношениям, взятым под охрану уголовного законодательства РФ.

В соответствии с законодательным (нормативным) определением, преступным деянием (преступлением) признаётся: а) общественно-опасное деяние – событие преступления, б) запрещенное уголовным законом в конкретной статье Особенной части уголовного кодекса (УК РФ) под угрозой наказания., в) совершенное виновно. Наличие этих общих для любого преступления признаков является нормативно обязательным, отсутствие любого из них влечёт признание поведения граждан не уголовно-наказуемым (непреступным).

Анализируя поведение (действия) охотников Иванова и Петрова, констатируем следующие фактические обстоятельства: а) инициатива участия в охоте исходила от Сидорова, охотники Иванов и Петров лишь согласились взять Сидорова с собой и, таким образом, не создавали на этом этапе опасности для жизни Сидорова.

б) когда Сидоров почувствовал усталость и невозможность двигаться, охотники Иванов и Петров решили возвратиться домой и даже пытались нести Сидорова на себе вместе со снаряжением, но, для них это оказалось невозможным

в) после этого, охотники Иванов и Петров не бросили Сидорова в лесу, а создали необходимые условия для того, чтобы Сидоров находился в безопасности и покое, дожидаясь помощи, за которой отправились охотники Иванов и Петров, помогая друг другу, поскольку они тоже выбились из сил г) добравшись до деревни, Иванов и Петров незамедлительно уведомили о проблеме председателя сельсовета, участкового и родственников Сидорова для организации спасательной эвакуации Сидоровым д) смерть последнего наступила по причинам наличия у Сидорова скрытых заболеваний, что объективно никак не зависело от поведения Иванова и Петрова, действовавших правомерно и сообразно возникшей ситуации. При таких обстоятельствах, вопреки заявлению супруги умершего Сидорова, в поведении охотников Иванова и Петрова отсутствовал признак общественной опасности, и на этом основании в возбуждении уголовного дела по заявлению Сидоровой о якобы оставления Сидорова в опасности по результатам проверки было отказано.

Дополнительно, отметим, что отсутствовали основания и для возбуждения уголовного дела по ст.109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности).

Этот состав преступления предполагает совершение действий виновных лиц, в результате которых наступила смерть потерпевшего (по неосторожности первых, а не самого потерпевшего). Однако, согласно заключению эксперта, неожиданная смерть Сидорова наступила в результате развития осложнений имеющихся у него (Сидорова) заболеваний, а не в результате действий Иванова и Петрова. Таким образом, смерть Сидорова не являлась следствием их (Иванова и Петрова) действий. Но, остаётся вопрос – не являлись ли действия (бездействие) охотников Иванова и Петрова если не причиной, то, необходимым условием наступления смерти Сидорова? Такое условие предусмотрено в диспозиции ст.125 УК РФ, как заведомое оставление в опасности потерпевшего, находящегося в опасном для его жизни или здоровья состоянии, если виновные лица имели возможность таковую помощь оказать. Правовая оценка фактических обстоятельств произошедшего позволяет прийти к следующим выводам: а) нахождение Сидорова в опасном состоянии не была очевидной для охотников Иванова и Петрова (вместе с тем, в диспозиции статьи 125 УК РФ предусмотрен признак «заведомости» бездействия), а также, для самого Сидорова (он не говорил об этом) б) на охотников Иванова и Петрова не возлагалась обязанность по диагностированию состояния здоровья и оказанию медицинской помощи в) в болезненное состояние Сидорова привели не действия охотников Иванова и Петрова, а его (Сидорова) переутомление, после чего охотники Иванов и Петров приняли решение о возвращении домой и даже предпринимали усилия по транспортировке Сидорова в обратный путь, но, не смогли по причине недостаточности собственных физических возможностей. Таким образом, вопреки заявлению супруги умершего Сидорова, в поведении охотников Иванова и Петрова отсутствуют признаки состава преступлений, согласно и диспозиции ст.125 УК РФ, и диспозиции ст.109 УК РФ. Отсутствие в деянии лица уголовной противоправности влечёт и невозможность привлечения такого лица к уголовной ответственности. Кроме того, в соответствии со ст.5 УК РФ, устанавливающей принцип вины, охотники Иванов и Петров могли (теоретически) привлекаться в качестве виновных (подозреваемых, обвиняемых), если бы в их действиях (бездействии) была бы установлена вина в форме умысла (прямого или косвенного) или неосторожности (в форме легкомыслия или небрежности). Но, в ст.125 УК РФ предусмотрено совершение деяния умышленно в форме прямого умысла, что, как сказано выше, в действиях Иванова и Петрова отсутствует. Что же касается ст.109 УК РФ, предусматривающей совершение данного деяния в форме неосторожности, то, обе формы неосторожности (легкомыслие или небрежность)  содержат наличие в действиях виновного лица предвидение некой абстрактной возможности (осознаваемой вероятности) наступления общественно-опасных в виде смерти потерпевшего последствий, с самонадеянной или небрежной по ситуации уверенностью виновного лица в недопущении или предотвращении наступления общественно-опасных последствий. Однако, по обстоятельствам дела никому, в том числе, самому потерпевшему Сидорову не было известно о том, что Сидоров находится в опасном для жизни состоянии и нуждается в экстренной медицинской помощи, которую, в любом случае, Иванов и Петров не смогли бы оказать и вынуждены были обращаться за помощью, так они и поступили, так как не могли и не должны были предвидеть смерть Сидорова. Обобщая все выше сказанное, приходим к выводу, что отсутствие в поведении Иванова и Петрова фундаментальных признаков любого преступления (согласно ст.14 УК РФ) означает отсутствие события (факта) преступления в их (Иванова и Петрова) поведении в анализируемом уголовно-правовом казусе.

По такому варианту нами исследуются процессуальные документы обвинения при оказании юридической услуги - подготовке консультативных рекомендаций по уголовному делу в интересах стороны защиты. В любом случае, необходимо предварительное обсуждение, планирование и согласование действий.

…  …  …

Для получения консультативных рекомендаций и практической помощи при

подготовке ходатайств и жалоб по уголовному делу и рецензировании уже

имеющихся процессуальных документов досудебного и судебного производства

по конкретному уголовному делу, -

направлять предварительные запросы по электронной почте:

yuristat.center@gmail.com

yuristat.center@yandex.ru 

 

Модераторы публикации: Мамонтова Анастасия, Матвеев Никита и адвокаты КМЦ ЮРИСТАТ Анвар Галимов и Юлия Шейнин… 

Рецензирование и редактирование процессуальных документов по уголовным делам

 

Консультативно-методический центр «Юристат»

Секция методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве

Напоминаем нашим читателям, что на протяжении более 25 (!) лет мы публиковали результаты исследований, проводимых юристами Консультативно-методического Центра Юристат. Наши публикации можно встретить не только в интернете, но, также, в виде статей в тематических журналах, на которые имеются ссылки в юридической литературе. Одну из таких публикаций, затрагивающих «извечную» проблематику обжалования действий (бездействия) и решений органов государственной власти в сфере уголовного судопроизводства, мы решили отредактировать и разместить в интернете заново, используя, в том числе, элементы рекламы (это не наша идея, а предложение коллег адвокатов, практикующих по уголовным делам, аргументы которых явно заслуживали внимания в современных реалиях).

Соответственно, для такой публикации мы подготовили фрагменты обновленной беседы с одним из создателей и активным участником КМЦ ЮРИСТАТ (YURISTAT) Козловым Александром Михайловичем, методистом по уголовным делам, являющимся бессменным руководителем Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве КМЦ ЮРИСТАТ (ранее, было даже зарегистрировано ООО Юристат, прекратившее деятельность).

В начале нашего разговора мы затронули вопрос о том, что в конце 2023 года при подведении итогов работы КМЦ «ЮРИСТАТ», Александр Михайлович с сожалением констатировал, что за последние два года исследовательская деятельность Центра была фактически остановлена из-за выбытия участников Центра, обеспечивавших формирование архива материалов уголовных дел, прежде всего, по обмену информацией с практикующими адвокатами, с последующим тематическим обобщением практики уголовного судопроизводства.

И только в прошедшем 2025 году КМЦ ЮРИСТАТ возобновил свою деятельность. Хотя и не в том объёме, как раньше. Об этом мы тоже поговорили, но, эту отвлеченную часть разговора в данной публикации мы не затрагиваем, учитывая общие изменения в уголовной юстиции.

В ходе беседы, Александр Михайлович ответил на наши вопросы:

ВОПРОС:

Публикации Вашего Центра вызывали интерес не только практикующих адвокатов, но, также, юристов, заинтересованных в получении сведений о реальном уголовном судопроизводстве, без секвестирования такой информации в официальных источниках. Тем более, что в 2026 году ВС РФ прекратил доступ к судебной статистике, что вызывает недоумение. Можете ли Вы рассказать о таком материале, который еще не был окончательно доработан в Центре и не был ранее опубликован?

ОТВЕТ:

Действительно, последние исследования нашего Центра не были завершены. Часть контактов утрачены из-за выезда части адвокатов в другие страны и прекращения ими практики в России. Хотя, обсуждение и согласование плана и тематики наших мероприятий на следующий, т.е. текущий 2026 год, состоялось ещё во второй половине 2025 года. И надо отметить, были любопытные темы. Возможно, мы к этим темам ещё вернёмся позднее, если поступит соответствующий материал.

К сожалению, в прошедшем 2025 году нами проведено только два запланированных методических мероприятия: первое - проведение и обсуждение результатов открытого методического занятия в реальном судебном процессе по теме «Эффективность допроса подсудимого в суде первой инстанции». В основу методического занятия были положены материалы уникального уголовного дела в отношении супругов П., рассмотренного по первой инстанции с постановлением обвинительного приговора 20.01.26 г судьёй Нагатинского районного суда, которая, по нашему мнению, нарушила всё, что только можно нарушить судом (примечание: на момент проведения беседы судья уже более 3 (трёх!) месяцев не выдавала копию приговора, поскольку приговор ещё не был изготовлен, как и протокол судебного заседания. Нам известно, что протоколы судебного заседания в наших судах изготавливают не ДО постановления приговора, как должно быть по закону, а ПОСЛЕ, «подгоняя» протокол под приговор. А что касается срока изготовления приговора, то, Конституционный Суд РФ принял к рассмотрению жалобу по этой проблеме, и мы ждём этого решения).

Второе – «нормативные условия разграничения апелляционного и кассационного обжалования приговора», но, это обсуждение нами не завершено и планируется его завершение в последнем квартале этого 2026 года, так как, у нас на контроле находятся два уголовных дела, по которым мы участвовали в подготовке апелляционной жалобы (по одному) и, соответственно, кассационной жалобы (по второму). Так что, обсуждение ожидается предметным, по реальным уголовным делам.

ВОПРОС:

Если Вам так удобнее, мы, с Вашего согласия, опубликуем только ту часть информации, которую Вы нам предоставите…

ОТВЕТ:

Сразу уточним, что не мне так удобнее, а сами супруги П., обвиняемые по упомянутому «заказному» уголовному делу, в ходе обсуждения в мае 2025 года результатов открытого методического занятия, проведенного в реальном судебном процессе, высказали желание придать огласке то, с чем они столкнулись в противостоянии со следственной и судебной системой, представители которой демонстративно попирали закон. Но, они просили это сделать после отмены обвинительного приговора. Мы во время обсуждения признали это уголовное дело вопиющим случаем беззакония и произвола, что потребует, видимо от меня, как участника рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, тщательной подготовки к освещению подобного уголовного дела, которое не могло возникнуть в следственных органах, руководствующихся законом, а не заказом. Впрочем, пусть окончательное решение останется не за мной, а за общественным мнением после огласки решения вышестоящего суда второй (апелляционной) инстанции, ожидаемого в августе месяце текущего 2026 года (возможно, позднее, по понятным причинам, так как, суд апелляционной инстанции может снять дело с апелляции, к которой мы сейчас готовимся, о чём тоже поговорим, но, позднее). А сейчас предлагаю вернуться к теме обжалования в уголовном процессе, с которой мы и начали нашу беседу.

ВОПРОС:

Давайте вернемся. Эта тема крайне интересует наших читателей…

ОТВЕТ:

При обжаловании в порядке ст.125 УПК РФ на практике возникают нюансы. Так, юристы традиционно руководствуются разъяснениями, содержащимися в тематических Постановлениях Пленумов ВС РФ, в нашем случае, прежде всего, это – ППВС РФ от 10.02.09 г, №1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ», однако, на практике возникает множество спорных вопросов, на которые найти ответ в разъяснениях высшей судебной инстанции и Обзорах судебной практики крайне затруднительно и, в большинстве случаев, невозможно даже профессиональным юристам.

Соответственно, читатели заинтересованы в такого рода публикациях о конкретном, реальном, а не отвлеченном правоприменении, способном урегулировать дискуссии, ориентированные на единообразие практики уголовного судопроизводства, на её понятность и предсказуемость по аналогичным уголовным делам, по которым толкование применяемого закона осуществлялось якобы в соответствии с разъяснениями Пленума ВС РФ, в том числе, вышеупомянутом.

Первое, на что хотелось бы обратить внимание, это то, что обжалование

Обжалование должно иметь конкретную предметную область. Вряд ли уместно обжаловать правомерные действия следователя или законные и обоснованные решения. Вообще, подавать жалобу ради жалобы, по меньшей мере глупо. Это напрасная трата времени и сил. В качестве примера можно привести жалобу ООО РТС, поданную от имени этого ООО в Никулинский районный суд города Москвы в 2007 году. Вопреки нашим рекомендациям, представляющие это ООО юристы, имевшие опыт участия в арбитражном судопроизводстве, подготовили жалобу со ссылкой на соответствующие нормы КоАП РФ. В рассмотрении такой жалобы судья отказал, разъяснив в судебном постановлении, что такая жалоба не может рассматриваться в порядке применения КоАП РФ, так как, в отношении ООО РТС проводилась проверка сотрудниками органа МВД РФ, в ходе которой произведены якобы осмотры помещений по протоколам ОРД изъята документация, содержание которой имело отношение к тому, что данное ООО РТС совершило уклонение от уплаты налогов. Такая жалоба могла рассматриваться в порядке применение ст.125 УПК РФ, а не норм КоАП РФ. В результате было потеряно время и смысл обжалования оказался утрачен, так как, по этим материалам ОРД было возбуждено уголовное дело по ст.199 УК РФ.

Судья указал, что в ст.25.1 КоАП РФ, на которую сослались юристы арбитражники, представляющие заявителя, регламентируются права юридического лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, а не об уголовном деянии, предусмотренном в УК РФ. Как следовало из жалобы, ни в отношении ООО РТС, ни в отношении работников ООО не выносились решения о привлечении к административной ответственности. Таких типичных ситуаций возникало множество, пока Верховный Суд РФ опубликовал вышеупомянутое тематическое Постановление Пленума ВС РФ.

Когда мы обсуждали в КМЦ ЮРИСТАТ такие материалы, все участники согласились с моим мнением, что мы обсуждаем парадоксальную ситуацию, возникшую из-за игнорирования элементарных логических правил. В данном случае, имело место непонимание преобразования (логического) одного из важнейших следствий конституционного принципов презумпции невиновности и равноправия (состязательности) сторон обвинения и защиты при производстве по уголовному делу.

Обе стороны полагают, что действуют правомерно. Но, это является нарушением закона логики, что не могут быть одновременно истинны противоречивые суждения. Либо прав следователь, либо жалобщик. Третьего не дано. Кстати, мои любимые вопросы – чем отличаются логически противоречащие и логически противоположные суждения. И это непростые вопросы. Такие ситуации мы постоянно наблюдаем по реальным уголовным делам, в том числе, в судебных постановлениях.

ВОПРОС:

Вы говорили, что обжалование действий органов, осуществляющих ОРД, возможно как в порядке УПК РФ, так и в порядке ГПК РФ. Поясните эти Ваши рекомендации, чтобы наши читатели разобрались в этих вопросах…

ОТВЕТ:

Надлежит руководствоваться Постановлениями Пленумов ВС РФ №1 и №2 от 10.02.09 г. Если орган, осуществляющий ОРД, выполнял поручение следователя в рамках уголовного дела, находящегося в производстве данного следователя, то, обжалование осуществляется в порядке УПК РФ. Если же орган, осуществлявший ОРД, действовал по каким-либо иным основаниям, не связанным с выполнением поручения следователя (дознавателя) по уголовному делу, то, обжалование осуществляется в порядке ГПК РФ. Но, чтобы не произошла путаница, лучше, чтобы с подведомственностью жалобы разобрался профессиональный юрист. Отметим, что в юридической литературе авторы обращают внимание на то, что согласно п.4, ч.2, ст.38 и ч.1, ст.144 УПК РФ поручение о проведении ОРМ даётся органу дознания, а не органу, осуществляющему ОРД. При этом, следователь вправе давать органу дознания письменно поручения на производство ОРМ только в случаях, прямо предусмотренных УПК РФ. Повторим, что в каждой такой ситуации оспаривания правомерности действий правоохранительных органов, необходимо разбираться по имеющимся материалам (постановлениям, протоколам и пр.). Из-за этих многочисленных спорных моментов в правоприменении, как на досудебной, так и в судебных стадиях уголовного судопроизводства, ст.125 УПК РФ несколько десятков раз являлась предметом жалоб и их рассмотрения в Конституционном Суде Российской Федерации. К этим Решениям КС РФ мы и отсылаем наших читателей, полагая, что это будет полезным в профессиональном плане при формулировании предмета обжалования в порядке ст.125 УПК РФ со ссылкой на Постановление (Определение) КС РФ по спорному вопросу.

ВОПРОС:

В завершение нашей беседы, расскажите об услуге рецензирования процессуальных документов, оказание которой возобновилось в КМЦ ЮРИСТАТ в прошлом 2025 году?

ОТВЕТ:

Эта услуга представляет собой более современную версию оказания практической помощи в подготовке мероприятий защиты в уголовном деле. Например, возникла необходимость в обжаловании постановления следователя, прокурора или судьи. Мы оказываем помощь в подготовке такой жалобы с её последующем сопровождением (поддержанием) в суде, а также, при необходимости апелляционного обжалования (реже, - кассационного) судебных постановлений. Как правило, приходится изучать сопутствующие материалы уголовного дела. Даже если же нам предоставляют текст уже подготовленной жалобы, мы рецензируем (проверяем) мотивированность жалобы, обнаруживая в ней недочеты, подлежащие исправлению. Все наши действия по рецензированию мы обсуждаем с заказчиками. По мере возможности, находим более убедительные доводы, чтобы максимально усилить аргументы защиты или, напротив, вовремя отказаться от бесперспективного (бесполезного) обжалования законных действий (бездействия) и решений должностных лиц правоохранительных органов (кстати, такие ситуации встречаются достаточно часто, чтобы этим ситуациями пренебрегать).

Для рецензирования к нам обращаются с текстами процессуальных решений по уголовным делам для подготовки нами консультативных рекомендаций о наличии оснований для обжалования или для выработки позиции защиты, например, если необходимо подготовить мнение защиты в отношении предъявленного обвинения или подготовиться к допросу в качестве обвиняемого. Это очень ответственные действия защиты, которые из-за неосторожной ошибки, бывает сложно исправить.

Сегодня нашим потенциальным клиентам предлагается не только названная услуга рецензирования процессуальных документов, но, и услуга по их редактированию. Своевременность получения такой услуги позволило нам исправить оплошности (так мы их называем), которые могли быть использованы стороной обвинения (такое случается по причине необдуманных, неподготовленных показаний обвиняемого при его первом допросе). Необходимо уточнить, что стоимость наших услуг вполне доступна в сравнении с ценами на рынке юридической помощи по уголовным делам и сопоставлением качества оказываемой услуги.

ВОПРОС:

Нам известно, что Ваш Центр принимал участие в подготовки правовых комментариев с анализом обвинительных заключений и приговоров. Это направление деятельности Центра сохранилось?

ОТВЕТ:

Сохранилось, но, для подписания таких комментариев, нам придётся приглашать ученых с наличием степени доктора юридических наук, что повышает стоимость такой услуги. Предварительно мы изучаем тексты обвинения (в обвинительном заключении, приговоре) и либо принимаем материал к изучению и подготовке комментария, либо отказываем в такой услуге. В каждом таком случае необходимо предварительное обсуждение условий взаимодействия с привлечением не просто учёных, а учёных с именем, известным в соответствующей научной среде. Чтобы их рекомендация не была подвергнута сомнению следователем, судьёй. Также, необходимо поработать над формой использования такой рецензии в уголовном деле. Обычно, мы предлагаем получить такую рекомендацию от имени учёного, но, изложить эти суждения от имени защитника или в показаниях обвиняемого со ссылкой на авторитетного учёного. В любом случае, это будет значительным усилением позиции защиты, опровергнуть которую затруднительно или даже невозможно, в зависимости от профессиональной подготовленности обвинителя.

Всё вышесказанное лучше обсудить непосредственно по имеющимся материалам уголовного дела.

Для получения консультативных рекомендаций КМЦ ЮРИСТАТ

по вопросам применения материального и процессуального

уголовного законодательства обращаться по электронной почте:

yuristat.center@gmail.com

yuristat.center@yandex.ru

((модераторы публикации: Мамонтова М.В., Демидов М.Б.))

Функция обвинения или обвинительный уклон?!

 

ПО МАТЕРИАЛАМ МЕТОДИЧЕСКИХ СОВЕЩАНИЙ

КОНСУЛЬТАТИВНО-МЕТОДИЧЕСКОГО (учебного) ЦЕНТРА

ЮРИСТАТ (YURISTAT)

ТЕМА:

ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ

ФУНКЦИИ ОБВИНЕНИЯ ОТ ОБВИНИТЕЛЬНОГО УКЛОНА

 

Продолжаем публикации материалов обсуждений актуальной проблематики современной практики уголовного судопроизводства. Материалы предоставлены нашим экспертом - руководителем Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве КМЦ «ЮРИСТАТ» (YURISTAT) методистом по уголовным делам КОЗЛОВЫМ АЛЕКСАНДРОМ МИХАЙЛОВИЧЕМ в рамках нашей договоренности о возобновлении обмена информацией наших редакторов с юристами (адвокатами), практикующими по уголовным делам.

Сегодня мы затронем одни из наиболее спорных вопросов правоприменения, относящихся к «болезни» российского уголовного процесса – обвинительном уклоне следственной и судебной системе Российской Федерации. Конечно, мы не можем утверждать, что всё производство по уголовным делам подвержено этому «синдрому», но, подтверждающие это явление факты слишком многочисленны, чтобы не задуматься об этом. Итак, возвращаемся к материалам публикации, изложенным в редакторском сокращении с согласия правообладателя…

… … …

Успешное достижение целей и эффективное решение задач производства по уголовным делам, нормативно обобщаемых родовым понятием предназначения уголовного судопроизводства (ст.6 УПК РФ), обеспечивается в практической деятельности неукоснительным соблюдением и выполнением участниками производства по уголовному делу своих уголовно-процессуальных функций.

Напомним, что уголовно-процессуальные функции позволяют наиболее полно раскрыть содержание уголовно-процессуальных правоотношений, в которых одни их участники наделены властными полномочиями и непосредственно выполняют обязанности по осуществлению производства по уголовному делу, которое на практике, зачастую, воспринимается как якобы реализация только уголовно-процессуальной функции обвинения, что методологически ошибочно и является одной из до настоящего времени существующих причин субъективного характера такого феномена в правоприменительной деятельности, как обвинительный уклон. Наше обсуждение посвящено этому крайне негативному явлению, выявлению его условий, пониманию признаков его проявления и возможности их преодоления.

Другие участники уголовно-процессуальных правоотношений вовлекаются в уголовное судопроизводство независимо от их желания и воли (например, потерпевшие, свидетели, подозреваемые, обвиняемые, опознающие и др. лица).

Традиционно более полувека в науке и теории уголовного процесса выделяются (см. Р.Д. Рахунов «участники уголовно-процессуальной деятельности», М.1961 г, стр.10; И.Я. Фойницкий «Курс уголовного судопроизводства», С-П, Альфа, 1996 г, стр.114) основные уголовно-процессуальные функции: функция обвинения (возлагаемая на сторону обвинения); функция защиты (реализуемая стороной защиты) и особая судебная функция разрешения уголовного дела по существу (осуществляемая судебными органами в процедурах разрешения уголовного дела по существу с постановлением приговора или иного итогового решения по уголовному делу, с последующими проверками итогового решения суда первой инстанции в апелляционном и специальном кассационном производстве, а также, в экстраординарном производстве в порядке судебного надзора).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 29.04.99 г, №7-П указал, что недопустимо возложение на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность органов и лиц, осуществляющих уголовное преследование, поскольку это препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия судом, как того требует статья 120 (ч.1) Конституции Российской Федерации. С другой стороны, в Определении от 19.02.03 г, №82-О Конституционный Суд РФ отметил, что положения ст.75 УПК РФ не освобождают суд от обязанности исследовать доводы участников судебного разбирательства о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы, а при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств, - отвергнуть их в соответствии с требованиями ч.3, ст.49 и ч.2 ст.50 Конституции Российской Федерации. При этом, как разъяснил Верховный Суд РФ, в силу ч.7, ст.235 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела по существу, суд вправе по ходатайству стороны повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым (см. Постановление Пленума ВС РФ от 05.03.04 г №1 «О применении судами норм УПК РФ»). На практике эта позиция Верховного Суда РФ воспринимается органами уголовного преследования, как возможность в целях обвинения сохранять обвинительные материалы уголовного дела. Такая процедура восстановления ранее исключенных доказательств обвинения имеет определяющее значение, если оспариваются доказательства, позволяющие принять на их основе законное и обоснованное решение (хотя бы формально), когда эти доказательства позволяют установить именно те фактические обстоятельства уголовного дела, которые предусмотрены в гипотезе нормы Особенной части УК РФ, обеспечивая правильную по версии обвинения уголовно-правовую квалификацию деяния, событие которого сформулировано в предмете доказывания. При этом, соблюдены нормы УПК РФ при установлении (доказывании) тех юридических фактов (обстоятельств), без которых обвинение не может быть признано обоснованным.

Именно эта система совместных (!) действий органов обвинения и судебных инстанций образует правоприменительную основу обвинительного уклона.

Михайловская И.Б. отмечала по этому поводу, что существование этого порока уголовного судопроизводства признавалось ещё в докладе о работе судов за 1924 г председателем уголовно-кассационной коллегии Верховного Суда Челышевым – «практика показывает, что в работе судов и следственных органов имеется в высшей степени вредный, абсолютно недопустимый обвинительный уклон, обвинительный подход к делу» (цит. по: Строгович М.С., Карницкий Д.А.. 1990 г, М., «Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, стр.272). Прошло более 100 (!) лет, но, эта проблема не просто существует, она прочно укоренилась в следственной и судебной практике последних лет, что подтверждается реальными фактами.

Напомним об уголовном деле адвоката Б., занимавшего активную позицию.

Его личный а/м останавливают, производят досмотр и (о чудо!) в багажнике обнаруживают (в присутствии понятых – случайных людей с улицы) пакет с наркотическим веществом, весом, как оказалось почти 2,5 кг. Но, вот незадача (опять чудо!) внутри пакета находится бирка камеры хранения районного отдела ОМВД. Поразительно, но, обвинительный приговор в отношении адвоката Б. бы отменён только Верховным Судом РФ, а дело возвращено на новое рассмотрение. Как Вы думаете, что происходило дальше?! Да, вновь вынесен обвинительный приговор и вновь только в Верховном Суде РФ защита добивается отмены приговора. Далее, уже не смешно. По делу фальсифицируется (по-другому сказать нельзя) третий (!) обвинительный приговор, который тоже был отменен. К этому времени (почти 7 лет тянулось это дело), по жалобе Б. вынес Решение ЕСПЧ (Европейский Суд по правам человека, признавший незаконность длительного содержания Б. под стражей. Мы предлагаем нашим читателям самостоятельно ознакомиться с этим «уникальным» уголовным делом, по которому обвинительный уклон проявился во всём его негативе, но, никто из должностных лиц не понёс наказание. Мы вспомнили об этом уголовном деле исключительно потому, что о нём напомнили в ходе обсуждения на методическом совещании КМЦ ЮРИСТАТ.

Итак, в УПК РФ обозначена функция обвинения, первоначально реализуемая следователем (дознавателем). В юридической литературе опубликовано множество мнений о том, что функция обвинения должна пониматься дословно – обязанность обвинять во что бы то ни стало. Как говорится, - «вор должен сидеть в тюрьме».

Но, возникает резонный вопрос – кто вправе решать, что данное лицо – вор?!

И некоторые ученые процессуалисты (И.Б. Михайловская в их числе), будучи в меньшинстве, отстаивали иную трактовку функции обвинения. Реализация этой функции при буквальном понимании уголовно-процессуального законодательства и при соблюдении общих подходов к доказательственному праву и к теории доказывания, возлагает на сторону обвинения обязанность доказывать событие преступления и совершение этого преступления конкретным лицом, виновность которого не может предполагаться, а должна быть бесспорно установлена, иначе, в противном случае сторона обвинения обязана (!) руководствоваться только и исключительно только конституционным принципом презумпции невиновности (статья 49 Конституции Российской Федерации). И нарушение (несоблюдение) этого конституционного принципа переводит обвинительную функцию в тот самый обвинительный уклон, который нельзя смешивать с функцией обвинения.

Обвинительный уклон (см. Вышинский А.Я. «Теория судебных доказательств» 1950 г, М., стр.249) – это игнорирование доказательственных сведений, фактов, обстоятельств, противоречащих тезисам обвинения, не укладывающихся в версию предъявленного обвинения, свидетельствующих о невиновности лица либо о его меньшей виновности, явно случайного стечения обстоятельств, неадекватная, избирательная оценка фактов (доказательственной информации), содержащих только «удобную» для обвинения трактовку. Таким образом, обвинительный уклон является проявлением ненадлежащего выполнения функции обвинения со стороны соответствующих органов и должностных лиц (следователь, прокурор, судья).

Необходимо акцентировать внимание на том, что само существование такого явления, как обвинительный уклон и степень его проявления зависят, прежде всего, от принятых в уголовном процессе стандартов доказанности, реализуемых в реальной судебной практике. И, главное, - в тех руководящих указаниях по этому вопросу, исходящих от высшей судебной инстанции – Пленума Верховного Суда Российской Федерации. И мы приходим к выводу, что если бы национальная судебная система неукоснительно соблюдала бы эти стандарты правосудия (основу функции разрешения уголовного дела), то, обвинительный уклон вообще бы не мог существовать. В этом случае, все предусмотренные законом преимущества защиты стали бы реальностью при условии, что суды действительно были бы привержены критериям объективности и беспристрастности, т.е., независимости от обвинения.

В качестве примера вопиющего обвинительного уклона мы обсуждали на нашем методическом совещании обвинительный приговор, постановленный судьёй Нагатинского районного суда в отношении супругов П.С.Л. и П.Л.М. 20.01.26 г. Приговор обжалован в апелляционном порядке и сейчас нами обсуждается вопрос о публикации текста апелляционной жалобы, но, большинством голосов пока не достигнуто согласие на публикацию текста апелляционной жалобы до того, как данное уголовное дело будет проверено в суде второй (апелляционной) инстанции – Московском городском суде (о дате рассмотрения сообщим дополнительно на канале «Уголовное судопроизводство» в мессенджере МАХ, подписывайтесь)..

 

Редакторы публикации Мамонтова М.А.; Галимов А.А.; Кудрявцев Д.В.